Против роя дронов: на что теперь способен модернизированный «Тор»

ЗРК семейства «Тор» (9К330/9К331/9К332, по классификации НАТО — SA-15 Gauntlet) создавался в советское время для прикрытия механизированных колонн и важных объектов от средневысотных самолётов, вертолётов и крылатых ракет. Его радар видел цели с эффективной поверхностью рассеяния в несколько квадратных метров, а система управления могла сопровождать до 48 целей и обстреливать четыре одновременно. Машина разворачивалась за три минуты и могла стрелять на ходу.


До начала 2020-х этот набор характеристик считался вполне достаточным. Но массовое применение малых дронов — от переделанных гражданских квадрокоптеров до специализированных барражирующих боеприпасов — перевернуло все расчёты.

Радиолокационная заметность такого «роя» составляет сотые доли квадратного метра, скорости редко превышают 100–120 км/ч (вместо 500+ у крылатых ракет), а высота полёта часто ниже крыш домов. Традиционные импульсно-доплеровские станции, оптимизированные под быстрые цели с чёткими подписями, при работе по дронам выдают массу ложных срабатываний — на птиц, атмосферные помехи, отражения от зданий.

По данным, которые накопились за два года интенсивных боевых действий на Украине, эффективность даже таких сложных систем, как Patriot или С-400, против скоординированных атак роем падала до 20–30%. Enterprise air defence, рассчитанный на десятки дорогих ракет, оказывался беспомощен перед сотнями дешёвых «птичек».

Именно этот вызов заставил Ижевский электромеханический завод «Купол» (ИЭМЗ «Купол») вместе с военными заказчиками запустить экстренную программу глубокой модернизации «Тора».

85 пунктов: что именно поменяли

В июле 2025 года гендиректор «Купола» Фанил Зиятдинов обнародовал цифру: в платформу внедрено 85 конструктивных и программных изменений. 60 из них касаются радиоэлектронного вооружения — радаров, вычислителей, алгоритмов. Остальные 25 — ходовой части, бронирования, систем жизнеобеспечения.

Треть решений уже пошла в серию и ставится на новые машины. Остальное постепенно внедряется на уже выпущенные «Торы» силами подвижных ремонтных бригад прямо в полосе боевых действий.

Что изменилось в начинке

Первое и главное — радар. В него добавили алгоритмы микродоплеровской обработки. Теперь станция анализирует не только скорость цели в целом, но и микровибрации от лопастей несущих винтов. Рукотворный дрон легко отличить от птицы или порыва ветра по характерной «подписи» вращающегося пропеллера.

Второе — огневой компьютер стали обучать на реальных боевых данных. Искусственный интеллект (без пафоса — просто нейросетевые алгоритмы) помогает фильтровать ложные цели и расставлять приоритеты. Время реакции сократилось с 5–8 до примерно 3–4 секунд.

Система наведения осталась радио-командной — «Тор» ведёт ракету лучом радара до самого подрыва. Это даёт высокую помехозащищённость, но усложняет одновременную стрельбу по очень медленным целям (скорость дрона может быть сравнима с зависанием). Новый вычислитель лучше справляется с такой геометрией встречи, продлевая допустимое время перехвата без потери точности.

Что изменилось в шасси и защите

Усилили подвеску — машина увереннее держит трассу на 25 км/ч при ведении огня. Улучшили тормоза и механизмы поворота — быстрее встать в позицию и уйти от ответного удара. Генератор стал мощнее — модернизированный радар и новые системы потребляют намного больше электричества.

Но главное — добавили встроенный комплекс радиоэлектронной борьбы.

Зачем «Тору» своя «глушилка»

Опыт Украины показал: недостаточно научиться сбивать дроны. Надо выживать самому. Противник активно использует FPV-дроны для охоты на зенитные установки. Поэтому на модернизированные «Торы» ставят компактный, но мощный модуль РЭБ.

Он работает в двух режимах:

Всенаправленный создаёт кокон радиусом до 500 метров, подавляя каналы видео- и радиосвязи FPV-дронов. Датчики разнесены по корпусу так, чтобы закрыть все 360 градусов.

Секторный — узконаправленная «дубинка» с мощностью более 2 кВт в диапазоне 415–5860 МГц. Этот луч бьёт на 5 км и автоматически отслеживает движение разведывательных беспилотников вместе с поворотом основной антенны радара.

Оборудование вписано в габариты машины так, чтобы не мешать своей же РЛС и не увеличивать заметность. Параллельно идёт навеска дополнительных бронепанелей — осколочные и пулевые поражения стали слишком часты.

В итоге современный «Тор» — уже не просто зенитный ракетный комплекс. Это автономный боевой модуль с собственной ПВО, РЭБ и броней.

Ближний Восток — 2026: проверка боем и новые уроки

Конфликт на Ближнем Востоке весной 2026 года, в котором Иран и его союзники массово применяли рои дронов и тактические ракеты против израильской ПВО, стал ещё одним полигоном для «Тора». По данным Центра анализа мировой торговли оружием, израильская эшелонированная ПВО («Железный купол», «Праща Давида», «Стрела») при отражении комбинированных атак вынуждена была расходовать десятки дорогих перехватчиков, пропуская часть целей.

Российские «Торы» в этом конфликте (в составе сил сирийской группировки) показали:

- подтверждённую способность перехватывать малые дроны типа Mavic и Raven;

- эффективную работу против противорадиолокационных ракет HIMARS и «Ольхи»;

- преимущество быстрого развёртывания — защитить ключевой объект можно было уже через 3 минуты.

Но и проявился старый потолок: одновременный обстрел только четырёх целей. Если на тебя идёт рой из 20–30 FPV-дронов с разных направлений, никакая автоматика не поможет — нужно либо включать РЭБ в надежде задавить каналы (а это не всегда возможно, особенно если дроны летят по инерции или по оптике), либо терпеть прорыв.

Главный вывод, который сделали в «Куполе» и Генштабе: один «Тор» не может стоять в чистом поле. Требуется плотное взаимодействие с другими системами — «Панцирем» (его пушки дешевле и быстрее добивают то, что прорвалось), средствами РЭБ поля боя, а также с вышестоящими С-300/С-400, которые берут на себя более крупные и высотные угрозы.

«Тор» в системе: не замена, а усиление

Часто спрашивают: зачем модернизировать «Тор», если есть «Панцирь-С1» или новые С-350 «Витязь»? Ответ — разные ниши.

«Панцирь» построен связкой «ракеты + пушки». Пушки (30-мм или 57-мм) дают очень дёшевое поражение дронов на дистанции до 2–4 км. Но «Панцирь» менее мобилен, а его радар проигрывает «Тору» по дальности обнаружения малозаметных целей.

«С-350» — ротный/бригадный комплекс средней дальности. Он перехватывает цели на 60–120 км, но не спускается в режим постоянной охоты за низколетящими FPV.

«Тор» остаётся лучшим для сопровождения подвижных частей — танковых и мотострелковых подразделений. Он балансирует между мобильностью, автономностью и огневой производительностью.

Что касается западных аналогов: немецкий Skyranger делает ставку на дорогую пушку и малокалиберные боеприпасы, шведский LVRBS 98 — на оптоэлектронное наведение ракет IRIS-T. У каждого подхода есть сильные стороны, но «Тор» выигрывает в защите от радиоэлектронных помех и в умении вести огонь в движении по пересечённой местности.

Что дальше: серийное производство, арктическая версия, флот

Модернизация — это не разовая акция. К концу 2025 года «Купол» начал штамповать «Тор-М2» уже с новыми блоками на конвейере. Параллельно развёрнуты бригады для апгрейда старых машин в войсках.

Продолжается выпуск арктической модификации «Тор-М2ДТ» — на двухзвенном гусеничном тягаче ДТ-30 — для защиты Северного морского пути и позиций ракетных войск в Заполярье.

Кроме того, появилась морская версия «Тор-М2КМ». Её устанавливают на малые ракетные корабли и патрульные суда. Система автономна, не требует глубокой интеграции в корабельные комплексы и способна закрыть судно от налёта безэкипажных катеров и дронов-камикадзе — угрозы, которая стала реальностью после атак на Черноморский флот.

В ближайшие два-три года планируется нарастить парк «Торов» в войсках до 100–120 современных единиц — с учётом боевых потерь и естественного списания старых машин.

Ограничения, которые остаются

Каким бы совершенным ни стал модернизированный «Тор», он не решит проблему дешёвых роев в одиночку. Экономика войны против дронов жестока: одна зенитная управляемая ракета стоит от десятков до сотен тысяч долларов, а дрон-камикадзе — от 500 до 2000. Позволить себе стрелять ракетой по каждому DJI Mavic не может ни одна армия мира.

Поэтому реальная работа «Тора» в зоне СВО и в будущих конфликтах — это глава в большой книге эшелонированной обороны:

- на дальних рубежах работают С-400 / С-350;

- на средних — «Бук-М3» / «Тор»;

- на ближних — «Панцирь» и зенитные артиллерийские установки (ЗСУ-23-4 «Шилка», «Тунгуска»);

- точечно — ружья РЭБ и переносные комплексы «Верба», «Игла-С».

И только вместе, прикрывая друг друга, эти средства создают зону, где даже самый многочисленный рой дронов несёт неприемлемые потери.

Модернизированный «Тор» — убедительный пример того, как грамотная инженерная эволюция, подкреплённая реальным боевым опытом, возвращает к жизни платформы старых архитектур. Вместо создания с нуля «убийцы дронов» российские конструкторы взяли проверенную машину и адресно добавили 85 точек усиления. Результат признаётся и в войсках (коэффициент эффективности 0,9 по отчётам 2025 года), и западными аналитиками, которые называют «Тор» одной из самых успешных систем ПВО ближнего радиуса действия в мире.

Главный урок для любого разработчика вооружений: в современной войне побеждает не самый дорогой или дальний комплекс, а тот, кто умеет меняться быстрее, чем противник придумывает новый способ обмануть радар.